от Эберхарда

Гостям памятного собрания к 70-тилетию А. Н. Тубельского

от Эберхарда Радувайта

Когда Александр
Наумович Тубельский в последний раз был в Берлине и уже попрощался со всеми
собеседниками, оставалось еще немного времени до его отлета в Москву. Я
пригласил Александра Наумовича посетить небольшой детский цирк неподалеку от
нашего офиса. Мы сидели в первом ряду, рядом с гордыми родителями маленьких
артистов. Самые юные из них только недавно выросли из ползунков, самые
«опытные» выделывали под куполом цирковой палатки уже по-настоящему
профессиональные трюки. У всех детей в глазах светилось счастье. Такое же
настроение было и у моего друга. Он хлопал дольше всех, смеялся над проделками
маленьких клоунов. Он раскованно радовался, как ребенок, и я был рад за него.
Посмотрев на часы, я вынужден был попытаться прервать эту сцену. Но Александр
Наумович продолжал сидеть на своем месте, аплодировать и радоваться. Мне
потребовались усилия, чтобы поторопить его. Когда мы на большой скорости
мчались в аэропорт, Александр Наумович поблагодарил меня за посещение цирка как
за ценный подарок. Любовь к детям была его глубоким чувством. Именно этому я
особенно радовался в цирке. Эта любовь была мотором всей его жизни. Она питала
его дух педагога.

Тубельскому
были знакомы общественные рамки, мешавшие детям выразить их личные способности
и таланты. Похожие рамки свойственны разным обществам, как бывшему Советскому
Союзу, так и западной демократии, в которой вырос я. В 20-ых годах прошлого
столетия между берлинскими и московскими педагогами-реформаторами установились
многогранные живые контакты. Несмотря на идеологические и теоретические
различия, присутствовала общая цель: свободное школьное сообщество с широкими
правами самих учеников. Затем, как мы знаем, последовали времена, когда и у
вас, и у нас были запрещены даже размышления о демократической школьной
реформе. Позднее и Холодная война стала мешать открытому диалогу между
педагогами Востока и Запада.

По этой причине
первая новость о Школе Самоопределения звучала для меня как сигнал к
возрождению контактов, утраченных десятилетия назад. Александр Наумович
неоднократно бывал в Берлине. Его также сопровождали ученики. Мы посещали
Москву и проводили семинары с участием берлинских и бранденбургских школьников.
В Берлине наш московский гость встретил коллег, мечты которых разбились о
реальный быт школы. Наша образовательная система основана на консервативных
моделях, которые имеют корни еще в классовом обществе 19-го века. Активные
учителя и директора десятилетиями стараются изменить систему. Результат бывает
разным. И тут приезжает коллега из Москвы. Он доказывает, что известное
высказывание «Демократия в малом (в школе) является важной основой демократии в
большом (в государстве)» может из утопии превратиться в реальность.

Если мы
захотели бы выразить наследие Александра Наумовича в словах, то первым словом,
пусть избитым из-за частого употребления, было бы слово «демократия».
Демократия и самоопределение укореняются в тех гражданских обществах, в которых
жизненные рамки каждого формируются в созвучии с осознанием социальной
ответственности за общество в целом. Образ жизни в Школе Самоопределения был
настолько близок этому общественному идеалу, что гости школы из стран Запада
могли только удивляться.

Самый ценный
для меня документ – это свидетельство гражданина Школы Самоопределения, которое
мне в свое время передал Александр Наумович. Я редко бываю у вас в гостях. Я
так и не нашел время выучить русский язык. Мне незнакомы ваши повседневные
проблемы. Я ничего не знаю о противоречиях между вашим идеалом, выраженным в
названии школы, и нормам и стандартам, диктуемым извне, которым вы должны
соответствовать. В этом смысле я не могу быть активным гражданином вашей школы.
Но свидетельство гражданина вашей школы – это не просто предмет, вызывающий
ностальгию о старом друге и Учителе с большой буквы. Это для меня своего рода
предупреждение, призыв не терять из виду важную область работы нашего
объединения КОНТАКТЫ.

Педагогика, как и другие современные науки,
стимулируется за счет активного международного диалога, в данном случае,
кооперации учителей и теоретиков педагогического воспитания. Тубельский изучал
труды английских, американских и немецких классиков реформаторской педагогики,
сравнивал их с российскими результатами и создал собственную модель, Школу
Самоопределения. Дальнейшее развитие вашей школы также очень интересно
международному педагогическому сообществу. Педагоги из числа членов нашего
объединения с удовольствием помогут вам расширить необходимые международные
контакты, по крайней мере, в Германии. Гуманизм в диалоге Запада и Востока. Вот
понятие, четко отражающее ментальность нашего объединения. Этому мы обязаны
большому российскому гуманисту. Его имя Александр Наумович Тубельский.

Вверх